Надо это, конечно, написать. Папа у меня был, так скажем, советским меломаном. Обожал Beatles, Pink Floyd, и т.д. Собирал сам усилители и колонки — они экспериментировали, а в электронике он шарил (а звук — тоже уважал). Тут надо остановиться и написать — нет, он не умер, просто звуком не занимается уже.
Его друг и одноклассник (оба из Юрьев-Польского), в 90-м или 91-м году уехал сначала в Париж, потом в Нью-Йорк — художник. Рисовал, и иногда приезжал на «малую родину».
И вот, как-то, в Юрьев-Польском, когда он ненадолго приехал — зашли мы с папой в гости (естественно!). А у него комната набита техникой. Я слушаю — с пластинок, магнитофонных переписанных катушек, в советских наушниках. А он тут мне такой даёт наушники, и включает Пинк Флойд в том виде как он на самом деле звучал... И — в наушниках!
Сказать что я очешуел — ничего не сказать. Я услышал эту кристальную чистоту: ты слышишь как пердит звукорежиссёр этажом ниже. Ещё раз: ты слышишь ВСЁ.
Это чувство я потом испытывал, когда Андрей (мой известный моим друзьям любимый друг) купил комплект из усилка и Б/В аккустики — там тоже была эта кристальная честность.
А теперь у меня есть две комнаты — личная и кинозал. И в «кинозале» я просто слышу и вижу, что можно создать обалденную аккустику, такая «комната развлечениев» нарисовывается...
А развлекаться-то уже и не хочется, мне бы с аквалангом понырять, да на горных лыжах покататья...